Хроники апокалипсиса (rex_net) wrote,
Хроники апокалипсиса
rex_net

Categories:

Я позвонил своему убийце. Он во всем признался (продолжение)

Продолжение, начало https://rex-net.livejournal.com/4175323.html



Навальный: Так и конкретно что с ними произошло, с вещами с этими?

Кудрявцев: А, конечный пункт нахождения их?

Навальный: Да.

Кудрявцев: Ну, конечный пункт нахождения их — я без понятия. Могу, знаете, что сказать? Мы, когда приехали, нам дали их… привезли местные ребята, омские, вот. С этой полиции… как она?

Навальный: Транспортной. Ага.

Кудрявцев: Да, да. Нам от них отдали коробку.

Навальный: Ага.

Кудрявцев: Мы с коробкой поработали, соответственно. И вернули все ребятам, ну, местным. А местный начальник… в принципе, у меня его телефон есть, если надо могу дать.

Навальный: Да, давайте. Запишу.

Кудрявцев: Вот он эту коробку… Я ему сказал, чтобы он вернул назад. Скорее всего, он отдал ее этим ребятам, с транспортной полиции.

Навальный: Так, дайте мне, пожалуйста, телефон начальника.

Кудрявцев: Повисите, хорошо?

Навальный: Да, конечно.

Кудрявцев: Ага. Алле?

Навальный: Да-да-да.

Кудрявцев: Сейчас, секундочку. Алле?

Навальный: Да, пишу.

Кудрявцев: 8962.

Навальный: 962.

Кудрявцев: 059.

Навальный: 059.

Кудрявцев: 2595.

Навальный: 2595. А зовут его?..

Кудрявцев: Михаил… По отчеству не записывал его.

Навальный: Михаил Павлович…

Кудрявцев: Да, он начальник БТ. Если можно поспрашивать, посмотреть…

Навальный: Да я выясню, нет проблем.

Кудрявцев: Он скажет где.

Навальный: Давайте подробнее про вещи. На них было что-то? Коробка. То есть что-то там нашли на ней? Что с этим делали конкретно?

Кудрявцев: Ну, мы же два раза ездили.

Навальный: Угу.

Кудрявцев: Первый раз пакет был. Обычный.

Навальный: Ага.

Кудрявцев: Пакет там с печатями, там все… Там разорванный весь был. Там были вещи. Они мокрые какие-то были. Были вещи, соответственно, то, что было там… костюм там, эти трусы, носки там, маска. Футболка, соответственно, да.

Навальный: Так, и какую процедуры вы реализовали? Что делали с этим? Чтобы я сообщил.

Кудрявцев: Обработку делали.

Навальный: Обработку вот по этой методике, бийской, правильно?

Кудрявцев: Бийской?

Навальный: Ну, поправьте меня, если я ошибаюсь…

Кудрявцев: Нет, я не знаю бийскую методику.

Навальный: Хорошо, а что тогда?..

Кудрявцев: Или может быть знаю, но не понимаю сейчас, о чем…

Навальный: Что тогда конкретно делали, объясните?

Кудрявцев: Ну, замывали, обрабатывали растворами. Чтобы они не это… ну, там… как сказать-то. Ну, обрабатывали. Чтобы не было следов, там, ничего такого.

Навальный: Все вещи обрабатывали?

Кудрявцев: Нет, сначала не все. Сначала, там, основные. Костюм там, трусы. Вот это все. (неразборчиво) Когда коробку принесли, мы уже… почти… ну все, все обрабатывали в последний раз.

Навальный: На вещах есть ли вероятность того, что в больнице жена Навального или кто-то срезал кусок одежды и он попал…

Кудрявцев: Нет. Нет.

Навальный: Такой вероятности нет?

Кудрявцев: Нету. Все было в целости и сохранности. Следов чего бы то ни было отрезанного и так далее не было никаких.

Навальный: Как в итоге, по вашему мнению, немцы как все это обнаружили в итоге?

Кудрявцев: Ну они ж там Бундесвер привлекли, там военные химики работали.

Навальный: Есть вероятность того, что на теле прямо у него осталось…

Кудрявцев: Не знаю, может, есть какие-то методики обнаружения…

Навальный: В каком месте его тела могли быть следы, которые они обнаружили?

Кудрявцев: Тела?

Навальный: На теле, на теле на его где они могли найти?

Кудрявцев: На теле нигде не нашли. Ну, это по моему мнению.

Навальный: Ну, хорошо, смотрите…

Кудрявцев: Они ж не исследовали тело, они ж там по крови скорее всего работали.

Навальный: Ну, это мы не знаем, как они работали. Просто я должен изучить все…

Кудрявцев: Это мое предположение только. На теле я считаю, что… Наверняка они его замывали, мыли, непосредственно еще у нас в больнице наверняка.

Навальный: Значит, у кого… с кем в омской больнице я могу поговорить, чтобы выяснить, мыли тело?

Кудрявцев: Нет, этой вот информации у меня нету, но вот Михаил, который вот....

Навальный: Который Павлович?

Кудрявцев: Начальник ПТ… А, вы уже нашли телефон, да? Угу. Он, вот он всей информацией обладает. Как там, что делали.

Навальный: Извините, вопрос такой, наивный. Но я вот исходя из того, что я записал, мне его зададут. Одежду замывали, потому что на ней могли быть следы. Значит, и на теле могли быть следы. Но вы говорите, что на теле следов быть не могло. Почему?

Кудрявцев: Ну, мне кажется, что он просто впитывается быстро. Не оставляет следов. Это Макшаков скажет более подробно. Я всей информацией не обладаю. Я даже не знаю, что там делали. Я имею в виду, сами понимаете, да?

Навальный: Ну, я понимаю.

Кудрявцев: У меня нет информации.

Навальный: Константин Борисович…

Кудрявцев: Мне сказали, я приехал, сделал и уехал. Все остальное… вся остальная информация по поводу, кто там ездил, кто это делал, нет у меня этой информации.

Навальный: Я с ними со всеми поговорю сам. Повторяюсь, мне нужно ваш взгляд конкретный, потому что руководство сказало со всех собрать информацию и составить общую картину. Значит, давайте еще раз суммируем все, что у нас есть. То есть, по вашему мнению, выжил этот… фигурант… потому что самолет посадили слишком рано, верно? Главная причина?

Кудрявцев: Ну, мне кажется, что да. Только из-за этого. Если б там чуть-чуть дольше, то, возможно, все, как бы, закончилось по-другому. Вот видите, стечение обстоятельств… Это тот самый такой вот плохой фактор, который в нашей работе, да, может быть.

Навальный: Понятно. Под стечением обстоятельств мы имеем в виду обстоятельство номер один: посадили самолет, обстоятельство номер два — это что?

Кудрявцев: Ну, это то, что это, как его… Приехала там скорая и так далее. Провели мероприятия вот эти вот, первичные, которые они обычно… Ну, там медики смотрят состояние. Они там вкололи антидот какой-то, соответственно. Предположительно — предположительно, что вот это вот, да. Или хотя… ну, симптоматика же там похожа.

Навальный: Ну да.

Кудрявцев: Они действовали непосредственно по инструкции, медики. Поэтому из-за того, что сработала скорая, да.

Навальный: Ага.

Кудрявцев: Это тоже фактор, как бы. Отвезли. Дальше, соответственно, то, что увезли его в больницу эту. Там, соответственно, тоже провели какие-то мероприятия в зависимости, там, от симптоматики и всего вот этого. Наверное, так вот, как-то. Это мне так кажется, что это сыграло роль.

Навальный: Так, еще раз. План. Я не понимаю, и, исходя из вопросов, руководство которые передо мной поставило, они не понимают. План был, что он в гостинице концы отдаст или в самолете?

Кудрявцев: Я об этом… информации у меня нету.

Навальный: Ну, то есть вообще планирование было исходя из того, где это все случится?

Кудрявцев: Если бы я знал, я б сказал. Врать не хочу.

Навальный: Врать не надо.

Кудрявцев: Ну, я говорю, как есть. У меня этой информации, как должно было проходить, нету. Не было информации. Не доводили. Я могу только предполагать, что, возможно, это все должно было там произойти.

Навальный: Так предположите. Я, собственно, ради этого и звоню. Предположение ваше заключается в чем?

Кудрявцев: Мое предположение?

Навальный: Да.

Кудрявцев: Ну, это ж только мои предположения. Я ж не знаю… не знал всего плана про проведение. Сами понимаете, да?

Навальный: Я понимаю абсолютно.

Кудрявцев: До меня доводят информацию, которую я должен знать. Больше мне ничего не говорили. Я… выдумывать-придумывать тоже, как бы, это плохо, я считаю.

Навальный: Правильно. Выдумывать-придумывать плохо, но задача, которая передо мной поставлена, извините, что повторяю, как попугай, она такая — поговори со всеми и пусть они составят как бы свое… ну, каждый человек, который сидит внутри… В нашей работе, вы абсолютно правильно говорите, все зависит от случайностей, каких-то странных вещей. Поэтому мнение каждого человека…

Кудрявцев: Так и есть, так и есть.

Навальный: Поэтому мнение каждого человека о том, что правильно, что неправильно, оно очень важно. И ваше мнение очень важно. Поэтому вот. Взгляд ваш вообще на всю картину. Ну, вы понимаете, последствия этого всего будут нам аукаться еще довольно долго.

Кудрявцев: Да, я понимаю это прекрасно. Тоже и читаю, и смотрю телевизор. Интернет читаю.

Навальный: Ну, конечно.

Кудрявцев: Не рассчитывали, я думаю, на все вот это вот, как бы. Ну, как мне кажется. Ну, как, не кажется, а я уверен, что уж… все пошло не так.

Навальный: На это, прямо скажем, не рассчитывали. Поэтому мне нужно понять.

Кудрявцев: (неразборчиво). Ну, я думаю, что это должно было, по вероятности, в ближайшее, там, какое-то время произойти. То есть, может быть, даже… А, может, на это и рассчитано на то, что полетит. Потому что, сами понимаете, время лететь там три часа примерно. Это большой… Если не сажать, то, возможно, был бы другой эффект. И результат был бы другой. Я считаю, что самолет сыграл решающую роль. Ну, не решающую… Но один из факторов. То, что посадили и провели мероприятия первичные. Вот.

Навальный: Сколько времени прошло с момента отравления до того6 как он отрубился?

Кудрявцев: Информации нет у меня такой. Я не знаю по времени, когда было все сделано. То есть когда отработали, да. Не знаю, у меня такой информации.

Навальный: Окей…

Кудрявцев: Это скажет точно Макшаков наверняка. Ну, ребята, может быть. Ну, не может быть, а скажут.

Навальный: Не, ну понятно. Да. Значит, еще у меня есть среди вопросов странный такой вопрос. Вы же с Навальным ездили сколько? И в Киров ездили в 17-м году, да? Вы-то сами как его личность оцениваете?

Кудрявцев: Чью? Его?

Навальный: Да, Навального. Чью…

Кудрявцев: Ну-у-у… в смысле, как я оцениваю его личность?

Навальный: Ну, я ж поэтому и оговорился — странный вопрос.

Кудрявцев: Аккуратный, очень это… скажем так… всего боится. Ну, с одной стороны, да. А с другой стороны — он там ходит везде, там, и так далее, да. Номера меняет периодически, да. Осторожный очень такой в этом плане. То есть он наверняка, может быть, может, чуйка какая, чувствовал, что его там… Ну, он, там, не скрывает, что следили и так далее. Сами понимаете, да? Алле…

Навальный: Да-да-да, слушаю. Я просто… я записываю.

Кудрявцев: Озвучивал, там, в своем блоге, там, не один раз, что за ним, там, это, наружка, типа, ходит, да, по пятам. То есть он очень осторожный, аккуратный, там, в этом плане. Лишних движений не делает там никогда. Мое мнение, то есть, как бы, да. Аккуратный. Аккуратный, осторожный.

Навальный: Так, есть вероятность того, что кого-то из членов группы видел в лицо? И узнает в лицо?

Кудрявцев: Ой, это навряд ли. Всегда строго к этому подходят.

Навальный: Вот у меня есть информация…

Кудрявцев: Одежда там, смена одежды.

Навальный: Значит, у меня есть информация, что однажды члены группы летали с ним вместе на одном рейсе, было такое?

Кудрявцев: Ой, этой информации у меня, к сожалению… ну, как бы, я не знаю, (неразборчиво) ничего не говорил. Обычно берут всегда рейсы специально разные. Даже если группа летит… из нескольких, там, бригад, то один летит одним рейсом, другой летит другим рейсом. Ну, стараются всегда так. Я не знаю, тут информации нет у меня.

Навальный: То есть вы такого не знаете?

Кудрявцев: Не знаю, честно говорю.

Навальный: По шкале от одного до десяти, какова вероятность того, что он или члены его группы, команды, могли сфотографировать кого-то, записать? Кто-то случайно мог на камеру попасть?

Кудрявцев: Ну, учитывая наши сегодняшние… там везде и камеры стоят, ну, все равно, когда работают (неразборчиво) закрывают и так далее. Ну, сами понимаете, да?

Навальный: Ага.

Кудрявцев: В плане всего другого остальном работаем только тогда, когда нам оперативные сотрудники дают добро. То есть они нам объясняют ситуацию, соответственно, а мы уже говорим, идем или нет. То есть всегда отсекается возможность снять кого-либо и так далее. Понимаете, да?

Навальный: Понимаю.

Кудрявцев: Максимальная конспирация — это первое дело. Чтобы никто не снял, никто лишнего не увидел и так далее. То есть это исключается всегда.

Навальный: Вы сами как оцениваете работы оперативных сотрудников?

Кудрявцев: Которые принимали участие?

Навальный: Да.

Кудрявцев: Ну, с теми, с кем я работал, хорошо оцениваю.

Навальный: Дайте я запишу фамилию и телефон.

Кудрявцев: Чей?

Навальный: Ну, вот ваших контактов, которые… С кем можно это обсудить. Если, я думаю, что я врд ли буду с ними связываться, но если руководство скажет, чтобы я мог оперативно это сделать.

Кудрявцев: Так, ну я-то всех и не помню ребят-то. Я не так часто ездил.

Навальный: Ну основные кто?

Кудрявцев: Ну, Михаила, вот это вот я могу сказать.

Навальный: Ну, пишу. Михаил… а, ну, Павлович который? Ну, понятно.

Кудрявцев: Да, остальных я даже и не помню ребят, давно было.

Навальный: Угу.

Кудрявцев: 17-й год — это не вчера и не полгода назад было. Я даже контактов, это, не сохраняю. Ну, по таким вещам. Я этого вот оставил, потому что мы с ним связываемся уже не один раз. Потом же еще ездили второй раз. Тоже быстро, оперативно с ним связались и сделали все.

Навальный: Так, сколько у нас всего было по Навальному операций?

Кудрявцев: К ребятам вопросов нету, как бы, все всегда организовано хорошо, обеспечение там, проведение мероприятия. Нареканий, как бы, не было.

Навальный: Значит, есть оперативные…

Кудрявцев: Вот по этому вопросу, там, я не помню, сколько там… Я вот помню, что я там в Кирове был, в Киров все. А больше я не помню как.

Навальный: В Кирове были… Значит, у нас есть оперативная информация, может, в связи с этим… и связано это все, что они там готовят какие-то публикации. И, может быть, поэтому меня и попросили со всеми связываться. И якобы он подозревает, что были еще попытки. Что… какие… о чем может идти речь? Что он может, сам Навальный, про себя знать, сколько раз… Вот он сам заявит: меня пытались отравить столько-то раз. Что он может сказать, как думаете?

Кудрявцев: Что он может об этом думать?

Навальный: Да.

Кудрявцев: Ну, не знаю. Я, честно говоря, про попытки еще там что-то… не в курсе. Я слышал он там, да, что-то озвучивал. Что были еще там попытки. Но о чем речь я даже не знаю. Может, что-то и было, но через меня это не проходило.

Навальный: Так, окей. Вы очень помогли. Давайте я еще раз по своим бумажкам пробегусь. Так, самолет — у нас есть ответ на этот вопрос. Помощь медиков — есть. Оцениваете работу коллег высоко. Поправляйте меня по ходу дела, если я что-то неправильно сказал. Случайность… Так, Паняев. Вы оцениваете работу Паняева как?

Кудрявцев: А кто это?

Навальный: Ну, на месте работал. Владимир Александрович Паняев. Алло?

Кудрявцев: Да-да-да… Паняев…

Навальный: Не знаете такого?

Кудрявцев: А я не знаю, нет, даже не пересекался.

Навальный: Окей, хорошо.

Кудрявцев: Может, ребята пересекались…

Навальный: Хорошо. Со Станиславом Валентиновичем обсужу тогда это. Значит, одежда обработана, и все с ней хорошо?

Кудрявцев: Ну, да, крайний раз, когда отдавали, все… чистенько.

Навальный: Не будет никаких сюрпризов у нас с одеждой?

Кудрявцев: Ну, поэтому несколько раз поехали.

Навальный: Несколько раз поехали, чтобы обработать одежду. Давайте еще раз. У меня есть данные, что вы 25 августа это делали, а второй раз?

Кудрявцев: Позже чуть поехали, через недели две, наверное, или через неделю.

Навальный: Через неделю после 25 августа? Не помните точно?

Кудрявцев: Нет, к сожалению, не помню. Это Макшаков скажет.

Навальный: Окей. Кто еще ездил с вами?

Кудрявцев: Со мной?

Навальный: Да.

Кудрявцев: Василий Калашников.

Навальный: Ка-лаш-ни-ков…

Кудрявцев: Но его фамилия, наверное, не озвучена была, да?

Навальный: Нет, у меня нет в списке его, странно…

Кудрявцев: Значит, руководство посчитало, что, не имеет (неразборчиво)

Навальный: Ну да, хорошо, это же, да… Хорошо, я у Богданова этот уточню вопрос. Хорошо, значит, на теле, вы считаете, ничего не могло остаться?

Кудрявцев: Ну, я считаю, что нет.

Навальный: Главный…

Кудрявцев: Ну, я так думаю, по крайней мере.

Навальный: Ну, естественно.

Кудрявцев: Я не в курсе, как бы, что они делали, ну, что именно. Вы понимаете, о чем я говорю?

Навальный: Понимаю.

Кудрявцев: Я не знаю, что там было. И по свойствам, и так далее, по проникновению, я тоже не знаю. Я так думаю, что, если делали, то навряд ли там что-то могло остаться. Это мое мнение, и я информацию даю непосредственно… как сказать-то… ну, как я предполагаю. У меня информации такой нет. По крайней мере (неразборчиво).

Навальный: Хорошо, а скажите мне, какой предмет одежды… На какой предмет одежды главный был акцент? У нас самый рискованный в теории предмет одежды какой?

Кудрявцев: Ну, трусы.

Навальный: Трусы.

Кудрявцев: (неразборчиво)

Навальный: Что-что?

Кудрявцев: Рискованный в каком плане?

Навальный: Ну, где могла быть максимальная концентрация.

Кудрявцев: Ну, трусы.

Навальный: В каком месте трусов… Это внутренний шов, наружный шов, прилегающий куда? Потому что у меня тут по этому поводу блок вопросов. Я это с Макшаковым буду обсуждать, но мне нужна ваша информация тоже.

Кудрявцев: Ну, по внутренним работали. Ну, по крайней мере, там обработка была.

Навальный: Ну вот представляете себе трусы? Да? И в каком месте есть самая…

Кудрявцев: (неразборчиво) Это где паховая часть.

Навальный: В паховой части трусов?

Кудрявцев: Ну, гульфик так называемый… Там швы такие есть, вот по швам…

Навальный: Так, погодите, это важно, сейчас, секунду. Кто передал информацию о том, что должна быть обработана гульфиковая часть трусов?

Кудрявцев: Я предполагаю. Сказали работать по трусам, по внутренней части.

Навальный: Кто сказал-то? Макшаков?

Кудрявцев: Да.

Навальный: «Внутренние»... Ща, пишу… «внутренние швы трусов»… Окей, значит, серого цвета трусы? Цвет трусов какой, не помните?

Кудрявцев: Ну, синий был.

Навальный: Синие…

Кудрявцев: Макшаков, эту информацию лучше у него…

Навальный: Они целы? То есть их как бы можно вернуть ему, теоретически? Длеать этого мы не будем, но они целые и все нормально.

Кудрявцев: Да, все чисто, да.

Навальный: Визуально по ним не будет видно… они не выцвели, нет никаких пятен, ничего нет?

Кудрявцев: Нет-нет, ничего нет. Ну, они в хорошем состоянии, чистые.

Навальный: Но на штанах…

Кудрявцев: Штаны та же область, внутрення, где трусы, там. Возможно, и там что-то было. Ну, как бы, тоже там замывали.

Навальный: Угу.

Кудрявцев: Ну, это, нет, это предположительно, потому что контакт-то все-таки есть…

Навальный: Извините, не расслышал, что все-таки есть?

Кудрявцев: Ну, контакт со штанами там есть какой-то, возможно, и там что-то было. Штаны тоже обработали. Они тоже чистые, все с ними нормально.

Навальный: Окей. Это вообще была ошибка или правильно — контактный способ донесения?

Кудрявцев: Ну, это не мне решать…

Навальный: Ваше мнение какое?

Кудрявцев: Руководство так посчитало, значит, это было правильно, наверное. Способ хороший.

Навальный: Ну, раз он остался жив, значит, не такой хороший. Вы тоже, вы поймите меня правильно…

Кудрявцев: Обстоятельства, опять же, я говорю, сложились так, что ситуация пошла вот так вот. Поэтому, как сказать…

Навальный: Хорошо.

Кудрявцев: Они выбрали, значит, соответственно, как-то они… Способ хороший, да. Согласен. Контакт есть. Контакт будет хороший, соответственно. Проникновение хорошее. Если они это выбрали, соответственно, они посчитали, что это правильно. В зависимости от ситуации, там, от опыта, там, наверное.

Навальный: Окей, хорошо… Значит, это я вас спросил, это я спросил. Добавить еще что-то хотите? Что еще считаете важным или существенным, что мне стоит указать в рапорте?

Кудрявцев: Да нет, наверное, я считаю, и так информации много.

Навальный: Окей. Хорошо.

Кудрявцев: По крайней мере, у меня в голове сейчас вот это вот… А вы сейчас кому будете звонить, если не секрет?

Навальный: Секрета нет, но я буду очень благодарен, если вы никого не будете предупреждать. Потому что мне нужно их мнение. Сами понимаете, мне не нужно, чтобы вы между собой договаривались. В этом смысле я вам честно и откровенно говорю, что…

Кудрявцев: Дело не в договоренности, дело просто в том, что я первый, кто появился. Мне, к сожалению, никто не позвонил, ни Богданов, ни Макшаков. Я, честно говоря, ошарашен вопросами всеми вот этими, сами понимаете, (неразборчиво) от этой ситуации…

Навальный: Константин Борисович. Все ошарашены. Представляете, как я ошарашен, я вообще об этом не знаю ничего, и мне позвонили в 5 утра и сказали — иди, выясняй. Вот я звоню вам и глупые вопросы задаю. Потому что я вообще про это знаю очень мало. Но работа такая, позвонили, вот надо делать. Хорошо. Тогда я вашим коллегам буду сейчас звонить и будет здорово, если в течение времени какого-то не будете делиться с ними подробностями для того, чтобы их рассказа был какой-то более.

Кудрявцев: Ну, я подробностями делиться не буду, я сейчас хотя бы Макшакову позвоню, он в курсе вообще этого всего…

Навальный: Он, конечно, в курсе. Макшакову я еще с утра звонил. Он, собственно говоря… Я сегодня с утра разговаривал с Богдановым и с Макшаковым. Все нормально.

Кудрявцев: А Богданов дал мою фамилию? Его фамилию? Ну, ребят, соответственно?

Навальный: Ну, естественно…

Кудрявцев: А ваш телефончик возьму, чтобы с вами связаться.

Навальный: Есть, конечно. Пишите. 916.

Кудрявцев: Угу.

Навальный: 912-24-87.

Кудрявцев: 24-87?

Навальный: Да. Максим Сергеевич.

Кудрявцев: Да, я записал, угу.

Навальный: Хорошо. Если мне будут нужны еще какие-то уточнения, я, наверное, еще в течение пары часов буду звонить, поэтому на связи оставайтесь, хорошо?

Кудрявцев: Да я всегда на связи, днем и ночью, у меня уже привычка.

Навальный: Да понятно…

Кудрявцев: С телефоном везде хожу, в туалет и в ванну, потому…

Навальный: Да-да, это точно… Все-таки я не понимаю одной вещи. Вот они наносили на трусы? Или на трусы и на штаны? Потому что у меня информация двойная, и я не могу понять.

Кудрявцев: Это Макшаков скажет точно.

Навальный: Нет, ну они мне скажут, я хочу, чтобы вы мне сказали.

Кудрявцев: Нет, я об этом не знаю, куда нанесено было. Я говорю: мы работали именно по этим… По трусам, штанам, внутренностям там, смотрели, есть ли там пятна, нет ли там пятен каких-то и так далее. Пятен как бы на трусах, видимых пятен, не было. По крайней мере, визуально. На штанах тоже, там флисовые штаны, плотные такие, на них вообще ничего не разглядишь. Тем более, они сине-темного цвета, и те, и те. Поэтому как нам сказали, так мы и смотрели. Визуально не было видно

Навальный: Окей. Понятно. Хорошо. Все, Константин Борисович, спасибо большое, будем на связи, тогда буду обращаться еще.

Кудрявцев: Максим Сергеевич?

Навальный: Да?

Кудрявцев: Алле?

Навальный: Да-да-да.

Кудрявцев: А, извините, вопрос такой… а ничего, что мы с вами по обычному телефону разговаривали?

Навальный: А-а, мы ничего такого не обсуждали особенного. Это скорее экстренная ситуация, я думаю, ничего страшного нет. Я согласовал с Богдановым, что я вам буду звонить по такой связи.

Кудрявцев: А, согласовали, да?

Навальный: Да, да. Хорошо. Договорились. Добро.

Кудрявцев: На связи тогда.

Навальный: Удачи, пока.

ОТСЮДА

Вторая часть Марлезонского балета - отравители дают интервью. Только вместо боброедки Симоньян их опрашивает сам Навальный, жертва их неудачного покушения. Ну, хоть на этот раз не прикидываются геями, путешествующими с целью полюбоваться местными достопримечательностями в виде различных шпилей.



Tags: Навальный, ФСБ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment